Мой маленький звонкий колокольчик

 

Памяти Лиоры. Когда Лиора ушла пять лет назад, я пообещала рассказать её детям, кем была для меня их мама. Пять лет это обещание жило во мне. Писать не получалось. Слишком много было вопросов к Б-гу, к себе,  к ней. Пришло время рассказать.

 

Лиорочка была Другом с большой буквы, и я до сих пор чувствую, как мне невероятно повезло, что такой друг был послан мне свыше. Это был период в моей жизни, когда у меня не было близкой подруги. Не потому, что я не хотела. Просто вся моя жизнь была заполнена становлением бизнеса, мужем, детьми, бесконечными заботами и событиями. Я понимала: всему своё время. Если настоящая подруга ещё не появилась, значит, для этой дружбы час ещё не пробил. Мне было немного за сорок. Декорации, картинки и люди вокруг менялись быстро.

Я расскажу, как увидела её в первый раз и как мы познакомились. После аварии мужа и его чудесного исцеления я каждую субботу ходила в синагогу. Это был мой контракт с Небесами. Маленькая синагога на улице Рокфорд быстро стала для нас семьёй. Мы узнали всех, а они нас. Но семья росла в основном за счёт новорождённых малышей. Каждый новый взрослый был событием и рассматривался буквально под лупой.

Молодая «новенькая» женщина сразу привлекла моё внимание. Юбка на два пальца короче, чем принято у религиозных, непокрытые волосы... Выглядела совсем юной. Единственное, что не вязалось с внешним видом, это прекрасное знание молитвы. Она молилась со знанием иврита, святых текстов, с большой верой и сосредоточенностью. Я обратила на это внимание, потому что мне самой молитва и сидур даются с трудом. Запомнились и её ярко-красные очки. Лиора всегда была смелой в выборе одежды и аксессуаров.

Прошло несколько месяцев. В один шаббат я услышала за спиной, на женской половине, взволнованный шёпот: «Какой ужас... мать-одиночка в госпитале Sunnybrook... множественные травмы...» И с этой минуты во мне поселился настойчивый голос: «Ты должна её навестить». Не прошло и года с тех пор, как мы сами лежали там после аварии мужа. Больше недели этот внутренний голос не давал мне покоя.

 

Наконец я набралась смелости и пошла к совершенно незнакомой женщине. По дороге придумала «легенду», что меня прислали из синагоги, и открыла дверь палаты. Несколько часов, проведённых с Лиорой и её мамой, пролетели незаметно. Я вышла и поняла, почему Вс-вышний так настойчиво посылал мне эти «эсэмэски»: «Сходи к ним...» Это была любовь с первого взгляда. Так мы и познакомились: Марочка, Лиорочка и я. Её мама прилетела из Израиля сразу, как только всё случилось. Я была нужна им, а они мне.

Сказать, что восстановление было тяжёлым, значит не сказать ничего. Лиора была вся в металлических конструкциях. День за днём она заново училась ходить, стоять, сидеть. И при этом ни нытья, ни слёз, ни отчаяния. На лице всегда улыбка, радость и благодарность. Женихов я уже начала приводить к ней прямо в реабилитационную палату. Одного бедного кандидата Лиорочка, кажется, перепугала на всю жизнь: показала ему металлическую конструкцию, в которой тогда находилась. Он рванул с места. Мы потом долго смеялись.

 

Мы любили похулиганить. Она брала уроки рисования, учила новые языки, но со временем последствия лечения и изоляции начали проявляться. Ей не хватало общения, людей, движения, ощущения нужности. Тогда мы решили, что она будет помогать нам в газете, в отделе Classified. И это сработало. Она буквально расцвела в общении с клиентами, а вместе с ней расцвёл и наш рекламный отдел. С какой любовью и теплотой она разговаривала с людьми! Она узнавала всех по голосу, каждому отвечала, как родному человеку, которого не видела как минимум лет десять.

Мы провели вместе множество шаббатов. Она была эрудированным, интересным человеком, любила Тору, много читала. Я всегда узнавала от неё что-то новое. Она была из Одессы, как и мой муж. Наши дети любили её и встречали как родную тётю.

 

Это были светлые, радостные дни. Там, где появлялась она, появлялась радость.

 

Мне невероятно повезло. Я знаю, что такое настоящий друг. Она стала для меня примером преданности, честности и аутентичности. Впервые в жизни меня по-настоящему баловали. Я никогда не слышала от неё слова «нет». Любой кипиш шёл на ура! Приглашение в гости, помощь с переездом, лекция, поездка на природу или к врачу - она всегда была рядом. С ней я могла снять все маски: успешного издателя, сильной женщины, счастливой жены, уверенной матери, заботливой сестры. С ней не нужно было играть или притворяться. Можно было просто быть. Она давала мне чувство безопасности и безусловного принятия.

Однажды мне предстоял серьёзный медицинский тест. Лиора вызвалась меня сопровождать. По дороге она сыпала смешными историями, чтобы развеселить меня. Я зарегистрировалась, меня позвали в кабинет, а потом попросили подождать в фойе, потому что что-то сломалось. Я вышла и увидела, как Лиорочка плачет навзрыд. Та самая Лиорочка, которая всего пятнадцать минут назад меня без остановки смешила. В этом вся она.

Прошло немного времени, и Всевышний послал ей чудесного мужа Ави. Вскоре родилась дочь Авиталь. Это было чудо. И это был её могучий дух. После тех травм, когда её буквально собирали по кусочкам, Лиора решилась родить ещё одного ребёнка. Ей было сорок четыре года. Да, моя тётя Роза опять была права, когда говорила, что человека не измеряют ростом. Её дух был огромен, а желание иметь ребёнка и построить семью с Ави ещё больше.

 

Старшему сыну Алону тогда было уже за двадцать. Казалось, жизнь наконец складывается в понятную картину. Я думала, что знаю. Но я ошибалась. Я хотела сказки, где в конце всё хорошо кончается. Я бунтовала и не хотела верить. Моё топанье ногами никого не интересовало. Хочешь молиться - молись, проси, но не топай. Мне показали в очередной раз, что мы не пишем сценарии ни своих, ни чужих жизней.

Наша Лиора заболела и ушла, осветив мою жизнь и жизнь своих друзей любовью, теплом и радостью. На многие вопросы мы не получим ответа в этом мире. Но нам остаётся делать то, что мы можем и понимаем. Например, написать это эссе и поделиться той любовью, которую я держала в себе последние пять лет, а сейчас делюсь с вами. Лиора навсегда останется для меня ярким цветком, который расцветает, благоухает и радует. Она стала частью меня. Она продолжает жить в нас. Я чувствую её присутствие каждый день. Мы с мужем очень дорожим дружбой с её родителями, Марой и Гришей, с её мужем и детьми.

Я заканчиваю и сказала очень много, хотя могла написать всего одно предложение: «Я очень скучаю по тебе, моя девочка, мой маленький звонкий колокольчик, я люблю тебя».

Майя Мастер